Russian Linguistics

, Volume 34, Issue 2, pp 113–121 | Cite as

Subject-Predicate inversion and its cognitive sources

Article
First Online:

Abstract

In Russian, as well as in several other languages, fronting of a constituent that occupies the final position in a sentence is often accompanied by Subject-Predicate inversion:
Open image in new window
Open image in new window
Word order in (1) and (2) should be examined relating to intonation, particularly in connection with the location and type of phrasal accents, i.e. in the context of ‘linear-accentual structures’ of the sentence. There are several types of transformations in Russian, which change the linear-accentual structure. One of them is ‘thematic preposition’, i.e. fronting of a constituent accompanied by a change of phrasal accent from a falling rhematic pitch to a raising thematic one, cf. (2). The analysis focuses on sentences consisting of theme and rheme, where we deal with a kind of compound rheme consisting of more than one word, i.e. verb and ‘rhematic centre’.

In the present paper, the following explanation of the Subject-Predicate inversion is put forward. The old subject NP and the remnant of the old predicate VP unite into a new rheme, since a two-component structure constitutes the most natural way of organizing the communicative structure of a sentence. In this way a sentence with a fronted constituent acquires a new two-component linear-accentual structure. Now, the nominative NP in the constituent-initial position would have contributed to the disintegration of the newly born rhematic constituent—it is Subject-Predicate inversion that provides integration.

Keywords

Word Order Direct Object Mathematical Linguistics Existential Sentence Locative Inversion 
These keywords were added by machine and not by the authors. This process is experimental and the keywords may be updated as the learning algorithm improves.

Инверсия подлежащего-сказуемого и ее когнитивная мотивировка

Аннотация

В русском языке, как и в ряде других, перенос слова (или составляющей) из конца предложения в начало часто требует изменения относительного расположения подлежащего и сказуемого (точнее—группы подлежащего и группы сказуемого):
Open image in new window
Open image in new window
Порядок слов следует рассматривать совместно с интонацией—местом фразовых ударений и их типом, т.е. в контексте ‘линейно-акцентной структуры’ предложения. Имеется несколько типов преобразований, меняющих линейно-акцентную структуру, в частности, ‘тематическая препозиция’, т.е. продвижение составляющей в начало предложения, с заменой рематического нисходящего ударения на тематическое восходящее, как в (2). Рассматриваются предложения, состоящие из темы и ремы, причем рема неоднословная, т.е. состоит из глагола и ‘собственно ремы’.

Предлагается следующее объяснение инверсии подлежащего. Тематическая препозиция собственно ремы конструирует в предложении новую тему. Оставшаяся часть предложения, т.е. прежнее подлежащее и часть группы сказуемого, группируются в новую рему, поскольку двучленная коммуникативная структура—это самый естественный вид коммуникативной организации предложения. Инверсия, т.е. перенос группы подлежащего в конечную позицию, обеспечивает ‘коммуникативную нерасчлененность’ этой новой составляющей. Между тем начальная позиция группы подлежащего дала бы расчленение, т.е. вторую тему.

This is a preview of subscription content, log in to check access.

Preview

Unable to display preview. Download preview PDF.

Unable to display preview. Download preview PDF.

References

  1. Cimmerling, A. V. (2007). Lokativnaja inversija v jazykax so svobodnym porjadkom slov. In L. L. Iomdin et al. (Eds.), Trudy meždunarodnoj konferencii “Dialog 2007” (pp. 542–549). Moskva. http://www.dialog-21.ru/dialog2007/materials/pdf/82.pdf. Accessed 5. Feb. 2010.
  2. Gladkij, A. V. (1973). Formal’nye grammatiki i jazyki. Moskva. Google Scholar
  3. Janko, T. E. (2001). Kommunikativnye strategii russkoj reči. Moskva. Google Scholar
  4. Janko, T. E. (2008). Intonacionnye strategii russkoj reči v sopostavitel’nom aspekte. Moskva. Google Scholar
  5. Kovtunova, I. I. (1976). Sovremennyj russkij jazyk. Porjadok slov i aktual’noe členenie predloženija. Moskva. Google Scholar
  6. Levin, B., & Rappaport Hovav, M. (1995). Unaccusativity. At the syntax-lexical semantics interface (Linguistic Inquiry Monographs, 26). Cambridge, London. Google Scholar
  7. Padučeva, E. V. (1985). Vyskazyvanie i ego sootnesennost’ s dejstvitel’nost’ju. Moskva. Google Scholar
  8. Partee, B. H., & Borschev, V. (2007). Existential sentences, be, and the Genitive of Negation in Russian. In I. Comorovski & K. von Heusinger (Eds.), Existence: semantics and syntax (Studies in Linguistics and Philosophy, 84) (pp. 147–190). Dordrecht. Google Scholar
  9. Sgall, P., & Hajičová, E. (1977). Focus on focus (part 1). The Prague Bulletin of Mathematical Linguistics, 28, 5–54. Google Scholar

Copyright information

© Springer Science+Business Media B.V. 2010

Authors and Affiliations

  1. 1.MoscowRussia

Personalised recommendations